0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Система противоракетной обороны сша: сможет ли она защитить америку от россии?

Армия

Техника и оружие

Неотразимый удар: Пентагон признал неэффективность ПРО против России

Пентагон назвал нереализуемой систему ПРО, позволяющую США защититься от РФ

В США заявили, что создание системы ПРО, позволяющей полностью защититься от России, не только технически невозможно, но также вызывает «серьезные вопросы с точки зрения стратегической стабильности». Военный обозреватель «Газеты.Ru» Михаил Ходаренок проанализировала возможности Москвы и Вашингтона в вопросе ядерной безопасности.

Глава Стратегического командования ВС США адмирал Чарльз Ричард заявил, что создание Соединенными Штатами системы противоракетной обороны, предназначенной для того, чтобы в полной мере обеспечить защиту от России, было бы нереализуемо с технической точки зрения, а также представляло бы угрозу для стратегической стабильности. Так он ответил на вопрос о том, предназначена ли система ПРО США для защиты «от атаки с использованием межконтинентальных баллистических ракет со стороны РФ».

«Наши нынешние системы противоракетной обороны предназначены для того, чтобы защитить нас от стран-изгоев, и намеренно сделаны так, чтобы не пересекаться со стратегическими средствами сдерживания РФ и Китая», — сказал Ричард на слушаниях в одном из подкомитетов комитета по делам вооруженных сил Палаты представителей конгресса США.

Конгрессмен от Демпартии Сет Мултон предположил, что дело в отсутствии «достаточного количества противоракет, чтобы перехватить такое число ракет».

«Это не только технически нереализуемо и затратно, но также вызывает серьезные вопросы с точки зрения стратегической стабильности»,

— пояснил американский адмирал.

При этом выводы и заключения, которые обозначил глава Стратегического командования ВС США адмирал Чарльз Ричард, по сути, были сформулированы российскими разработчиками систем противоракетной обороны более 50 лет назад.

На рубеже 1960-70 годов советские специалисты пришли к выводу о том, что при современном и надолго прогнозируемом состоянии научно-технических знаний создание эффективной противоракетной обороны от массированного удара, особенно со средствами преодоления ПРО, нереально.

Также, учитывая решающую роль информации о текущем состоянии ракетно-космической обстановки и ее изменениях в ходе возможного военного конфликта, эксперты решили считать приоритетной разработку информационных компонентов ракетно-космической обороны — систем предупреждения о ракетном нападении и контроле космического пространства.

В качестве наиболее реальной задачи была обозначена оборона столицы от одиночных случайных, провокационных ударов баллистических ракет (БР), либо от одиночной ограниченной группы БР с территории третьих стран или с одиночной, вышедшей из-под контроля, подводной лодки.

Дело в том, что боевая часть современной межконтинентальной баллистической ракеты представляет собой так называемую сложную баллистическую цель. То есть она состоит не только из боевых блоков индивидуального наведения, но еще и средств преодоления ПРО — передатчиков активных помех и дипольных отражателей.

К примеру, в состав комплекса средств преодоления ПРО тяжелой межконтинентальной баллистической ракеты может входить 10 тяжелых ложных целей (ТЛЦ), около сотни надувных майларовых шаров, покрытых алюминиевой пудрой, большое количество дипольных отражателей (металлические стержни, алюминиевая фольга, стекловолокно), генераторы активных помех и др.

В конце 1960-х годов отечественные разработчики пришли к выводам, что технологии противодействия ПРО путем маскировки боезарядов ложными целями оказались много проще и неизмеримо дешевле, чем технологии демаскировки и отбора для поражения боевых блоков МБР из состава сложной баллистической цели.

Теперь представим себе, что при массированном ракетно-ядерном ударе в зону поражения систем ПРО входят тысячи ядерных боеголовок и тяжелых ложных целей, огромное количество надувных майларовых шаров, множество дипольных отражателей и станций активных помех.

То есть при дальнем перехвате многоканальная РЛС ПРО теоретически должна:
обнаружить все цели, оценить радиолокационные портреты целей, сравнить полученные портреты с теми, которые имеются в соответствующих каталогах, дать оценку целей с точки зрения принадлежности их к классу боевых блоков, при этом все операции должны закончиться на дальностях, позволяющих организовать их обстрел в пределах зоны поражения противоракет.

Это практически невыполнимая задача в условиях массированного ракетно-ядерного удара.

То есть создать эффективную систему ПРО от противника, обладающего сравнимыми с обороняющейся стороной научно-техническим и экономическим потенциалом, невозможно. Стратегия сдерживания угрозой ответного или ответно-встречного удара баллистических ракет, наносимого по информации системы предупреждения о ракетном нападении, в этом случае выглядит куда более реалистичной.

Единственным более или менее эффективным способом селекции является использование естественных селектирующих свойств атмосферы (как это делается в системе ПРО г. Москвы и Центрального промышленного района А-135). Все другие возможные методы селекции оказались малоэффективными. Возможности маскировки боевых блоков МБР были и остаются практически неограниченными.

То есть проблема селекции боевых блоков МБР на фоне ложных целей не решена и поныне.

К ней следует добавить еще одну, причем практически нерешаемую проблему в сфере противоракетной обороны. Ключевым отличием боевой стрельбы противоракетных комплексов ПРО от стрельбы зенитными управляемыми ракетами является то, что ПРК ведет стрельбу в упрежденную точку. То есть после захвата баллистического блока МБР противника многоканальной РЛС ПРО на автоматическое сопровождение траектория полета боевого блока аппроксимируется, вычисляется упрежденная точка и именно в эту область пространства наводится противоракета. Самое главное — при этом в работу вычислительного комплекса ПРК закладывается гипотеза о прямолинейном и равномерном движении баллистической цели.

Однако если боевой блок начинает на траектории полета маневрировать по курсу и высоте, совершая так называемые «лягушачьи прыжки», эффективная работа боевого комплекса противоракетной обороны становится принципиально невозможной.

Если же к этому добавить маневрирующие боевые блоки, осуществляющие полет на гиперзвуковых скоростях (российская система «Авангард»), то это окончательно кладет любую систему противоракетной обороны на лопатки.

Система противоракетной обороны (ПРО) США. Справка

Национальная система противоракетной обороны Соединенных Штатов Америки (НПРО США) (National Missile Defense — NMD) создается, согласно заявлениям американской администрации, для защиты территории страны от ракетного удара со стороны так называемых стран-изгоев, к которым в США относят, в частности, КНДР, Иран, Сирию и Ливию (ранее также Ирак).

Впервые с идеей создания системы обороны от ракет командование армии США выступило в 1945 г. Тогда исследовательская группа ВВС США предложила использовать для борьбы с ракетами потоки энергии. В конце 1940-х гг. США начали разработку противоракетных систем, предназначенных для противодействия советским баллистическим ракетам. Первые американские противоракетные программы носили названия Nike-Zeus и Nike-X.

В середине 1960-х гг. СССР и США предпринимали попытки заключить договор по ПРО, которые тогда закончились безрезультатно. Договор об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО) был подписан 26 мая 1972 г. в Москве генеральным секретарем ЦК КПСС Леонидом Брежневым и президентом США Ричардом Никсоном (вступил в силу 3 октября 1972 г.). Договор был заключен на неограниченный срок с правом выхода из него каждой из сторон. В соответствии с Договором СССР и США обязались не развертывать системы ПРО на территории своих стран и не создавать основу для такой обороны, кроме двух комплексов ПРО: вокруг столицы и в районе расположения шахтных пусковых установок (ПУ) межконтинентальных баллистических ракет (МБР). Радиус каждого из этих районов не должен превышать 150 км, в его пределах может быть развернуто не более 100 ПУ противоракет. Договор разрешал модернизацию и замену систем ПРО или их компонентов, но обязывал стороны не создавать, не испытывать и не развертывать системы или компоненты ПРО морского, воздушного, космического или мобильно-наземного базирования.

Попытки нарушить договор со стороны США предпринимались неоднократно. 23 марта 1983 г. президент США Рональд Рейган заявил о начале работ, которые ставили своей целью изучение дополнительных оборонительных мер против межконтинентальных баллистических ракет. Была разработана программа

«Стратегическая оборонная инициатива» (СОИ), которая в случае ее реализации должна была обеспечить защиту всей территории США от МБР. Это достигалось путем размещения перехватчиков в космосе, поэтому программа получила неофициальное название «звездные войны».

В 1991 г. президент Джордж Буш-старший выдвинул новую концепцию программы СОИ, так называемую Глобальную защиту от ограниченного удара (ГЗОУ). Она позволяла перехватывать ограниченное число ракет. С этого момента начались попытки США создать НПРО в обход договора по ПРО.

4 февраля 1999 г. 58 конгрессменов от Республиканской партии внесли в сенат США законопроект, в котором содержалось требование провозгласить развертывание национальной системы противоракетной обороны (НПРО) государственной политикой США.

17 марта сенат проголосовал за соответствующую резолюцию подавляющим большинством голосов. 23 июля 1999 г. президент США Билл Клинтон подписал одобренный ранее конгрессом законопроект. Закон уполномочил Пентагон разместить элементы этой системы для защиты всей территории страны от баллистических ракет вероятного противника тогда, когда это будет «технически возможно».

После прихода к власти в 2000 г. президента Джорджа Буша‑младшего планы по строительству ПРО пересмотрели. На первое место вновь впервые со времен Рональда Рейгана вышел проект создания эшелонированной системы. Ключевым требованием к системе ПРО стала способность перехвата ракет на всех участках траектории — начальном (активном), среднем и конечном.

Создание подобной системы противоречило положениям Договора об ограничении систем противоракетной обороны (Договор ПРО) от 1972 г., и в итоге в июне 2002 г. США приняли решение об одностороннем выходе из соглашения.

В 2002 г. США приняли решение о создании национальной системы ПРО США, основным оружием которой должны были стать ракеты-перехватчики большой дальности GBI (Ground Based Interceptors), и региональной ПРО (известной также как ПРО на ТВД), основу которой должны были составить системы, предназначенные для перехвата ракет средней и меньшей дальности.

Также в системе ПРО США предполагалось использовать противоракетный комплекс мобильного наземного базирования для высотного заатмосферного перехвата ракет средней дальности THAAD для уничтожения тех целей, что прошли рубеж обороны GBI.

Читать еще:  Карабин strasser rs05: отзывы, цена, технические характеристики, обзор

К 2008 г. глобальная система ПРО США включала в себя три эшелона.

Главным эшелоном, обладающим наибольшими возможностями по перехвату межконтинентальных баллистических ракет, являлся наземный. Он включал в себя два позиционных района развертывания ракет-перехватчиков GBI на Аляске и в Калифорнии. Эти ракеты, производимые компанией Boeing, наводятся на цель с помощью системы радаров раннего обнаружения и целеуказания. В частности, радарные установки системы ПРО США расположены в Норвегии и Гренландии.
Планировалось, что в ближайшие 10 лет наземный эшелон будет дополнен третьим позиционным районом, расположенным в Европе. Этот район, также как и два первых, будет включать в себя ракеты GBI и радиолокационные станции раннего обнаружения и целеуказания (в настоящее время эти функции объединяются в едином радаре — «стрельбовой РЛС»).

Ракеты-перехватчики GBI составляют основу наземного эшелона системы ПРО. Кроме того, для борьбы с баллистическими целями планировалось использовать комплексы PAC-3 и перспективные ЗРК THAAD, преимущественно ориентированные на борьбу с ракетами малой и средней дальности.

Второй эшелон системы ПРО США — это ракеты SM-3 морского базирования, размещенные на крейсерах и эсминцах ВМС, оснащенных боевой информационно-управляющей системой AEGIS. Эти ракеты способны перехватывать как ракеты средней дальности, так и МБР. Они несут боевое дежурство в районах, приближенных к территории потенциального противника — в 2008 г. группировка «противоракетных» кораблей класса AEGIS базировалась в Японии.

Третий эшелон системы ПРО обеспечивает действия двух первых — это сеть спутников обнаружения. Планировалось, что в ближайшие 10-20 лет США могут развернуть в космосе боевые аппараты, способные осуществлять перехват ракет, а также создать серийные беспилотные летательные аппараты (БПЛА) и самолеты-перехватчики с лазерными установками, которые будут нести дежурство в воздухе близ территории потенциального противника и перехватывать ракеты на старте.

За восьмилетний период правления администрации Джорджа Буша США значительно продвинулись вперед в деле совершенствования многослойной системы ПРО в Азиатско-тихоокеанском регионе (АТР), придавая ей способность уничтожать любые виды баллистических ракет, любой дальности и на любой траектории полета (на стадии ускорения, срединной и заключительной части полета).

Соединенные Штаты разместили в данном регионе все 11 ключевых компонентов стратегической и тактической систем ПРО — шесть в ВВС, четыре в Сухопутных войсках и один в ВМС («приписка» двух новых элементов систем ПРО к конкретным видам Вооруженных Сил еще не определена). Региональный центр США по глобальному управлению указанными информационно-разведывательными и боевыми средствами находится на Гавайских островах.

Стратегическая система ПРО США в АТР включает как разведывательно-информационные средства раннего предупреждения в виде РЛС стратегического назначения, позволяющие засекать межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) на дальности полета свыше 5,5 тысяч км, так и ударно-боевые средства в виде ракет-перехватчиков наземного и морского базирования.

В частности, в интересах разведывательно-информационного обеспечения стратегической системы ПРО, находящейся в зоне Тихого океана, Пентагон развернул крупнейшую стационарную РЛС раннего предупреждения с фазированной решеткой в Биле (Калифорния). Три другие: РЛС SBХ-Band Radar размещена на морской платформе с водоизмещением 50 тыс. тонн у берегов Аляски, вторая наземная РЛС «Кобра Дэйн», прошедшая модернизацию под задачи ПРО, установлена на о. Шемия (Аляска), а третья мобильная AN/TPY-2 наземного базирования размещена у местечка Шарики (северная часть о. Хонсю, Япония).
Разведывательно-информационная тактическая система ПРО США в АТР включает РЛС морского базирования SPY-1 и SPY-2, позволяющие фиксировать в полете баллистические ракеты тактического назначения.

В АТР США также располагают ударно-боевыми средствами стратегической системы ПРО: 26 ракетами-перехватчиками наземного базирования, установленными в шахтах в Форт Грили на Аляске, а также 4 ракетами-перехватчиками на базе ВВС «Ванденберг» в Калифорнии. В 2010 финансовом году планировалось довести общее количество таких ракет до 44.

«Противоракетные» усилия США в АТР в основном направлены на резкое развитие морской составляющей тактической системы ПРО, размещаемой в Тихом и Индийском океанах. Особенность данного компонента системы ПРО заключается в том, что корабли ВМС США, имеющие многофункциональную систему ПРО морского базирования «Иджис» («Эгида») производства Lockheed Martin Corporation, могут беспрепятственно курсировать в Мировом океане и нести на борту фактически «средства ПРО передового базирования», блокируя баллистические ракеты на срединной и заключительной стадиях траектории их полета. Система «Иджис» устанавливается на отдельных типах крейсеров и эсминцев с управляемым ракетным оружием (УРО).

США оказывают широкое содействие в создании тактической системы ПРО некоторым своим союзникам в АТР. С целью дальнейшего усовершенствования находящейся в их распоряжении тактической системы ПРО, Вашингтон развивает тесное военно-техническое сотрудничество с тремя странами региона (Японией, Австралией и Южной Кореей), а также договорился о передаче наземных компонентов аналогичной системы Тайваню. В 2007 г. для координации действий в деле развертывания противоракетных систем в АТР Соединенные Штаты учредили «Трехсторонний форум по ПРО» с участием Австралии и Японии.

По словам старшего помощника заместителя министра обороны по политическим вопросам Джеймса Миллеа, у США налажено партнерство по ПРО с Израилем — сотрудничество по ряду программ и совместные учения, а также развернуты элементы ПРО в районе Персидского залива. Для защиты своих войск и объектов в Персидском заливе США заключили ряд двусторонних соглашений по противоракетной обороне с участниками Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

После прихода к власти Барака Обамы США начали корректировать свои планы. Речь пошла о создании более мобильной и гибкой системы, обеспечивающей в основном перехват баллистических ракет малой и средней дальности. В качестве главного оружия теперь рассматривается не массивный перехватчик GBI шахтного базирования, а куда более компактный и легкий SM-3, имеющий одно существенное преимущество — мобильность. Ракеты SM-3 размещаются на боевых кораблях, оснащенных системой боевого управления «Иджис» и вертикальными пусковыми установками, и таким образом могут перебрасываться в любой район, откуда исходит угроза. Разрабатывается также и грунтовая мобильная версия SM-3.

17 сентября 2009 г. президент США Барак Обама выступил со специальным заявлением по ПРО. Он заявил о готовности Пентагона и впредь развивать систему ПРО в глобальном масштабе, а также скорректировать планы развертывания третьего позиционного района противоракетной системы на территории Польши и Чехии, ранее энергично отстаивавшихся прежней американской администрацией.

Президент США Барак Обама рассказал, что США по-прежнему видят в ракетной программе Ирана опасность и намерены помочь союзникам в Европе обеспечить безопасность. США не отказались от размещения наземных элементов ПРО в Европе, всего лишь отсрочив начало их развертывания до 2015 г.

В этот же день, 17 сентября, Белый дом обнародовал программу размещения объектов ПРО в Европе.

Планируется, что развертывание противоракетных систем пройдет в четыре этапа.

Первая фаза (завершится приблизительно к 2011 году) предусматривает размещение (в Европе) уже созданных и доказавших свою эффективность систем противоракетной обороны, включая системы морского базирования Aegis, перехватчик SM-3 (Блок-IA) и морскую мобильную радарную систему обнаружения AN/TPY-2 с тем, чтобы иметь возможность отражать региональные баллистические ракетные угрозы Европе».

Вторая фаза (завершится к 2015 году). После необходимого тестирования разместить более мощную модификацию перехватчика SM-3 (Блок-IB) в версиях для морского и наземного базирования, а также более совершенные сенсоры, необходимые для расширения защищаемого района от ракетных угроз ближнего и среднего радиуса действия.

Третья фаза, которая должна окончиться в 2018 г., предполагает разработку, тестирование и размещение усовершенствованного SM-3 (Блок IIA).

Четвертую фазу создания системы ПРО планируется завершить к 2020 г. Она предполагает размещение SM-3 (Блок IIB) с тем, чтобы «лучше противодействовать ракетным угрозам среднего и дальнего радиуса и возможным будущим межконтинентальным баллистическим ракетным угрозам против США.

Предполагается, что до момента появления первых наземных объектов у берегов Европы на боевом дежурстве будут находиться корабли ВМС США с ракетами-перехватчиками на борту.

К настоящему времени в Европе уже развернуты разведывательно-информационные системы тактического и стратегического назначения в виде различных типов РЛС раннего предупреждения и сенсоров дальнего радиуса действия, работающих в интересах обеспечения потенциала и тактической, и стратегической системы ПРО. К ним относятся: соответствующие средства ведущих стран НАТО, а также давно действующие наземные РЛС раннего предупреждения стратегической системы ПРО США, которые были развернуты на территории Великобритании (в Файлингдейлсе) в 1962 г., Дании (под г. Туле, о. Гренландия) в 1961 г. и в 1998 г. на севере Норвегии (Вардё), что примерно в 60 км от границы с Россией. Все указанные РЛС прошли в последние годы модернизацию.

На саммите НАТО, прошедшем 19-20 ноября 2010 г., был одобрен предложенный США «поэтапный адаптивный подход» к развитию их противоракетных систем в Европе. Решено, что система ПРО НАТО будет создаваться в период 2011-2021 гг., и ее окончательная конфигурация будет определяться с учетом реальности ракетных угроз, наличия технологий и других факторов. В ее основу войдут элементы глобальной ПРО США (позиционные районы ракет-перехватчиков в Румынии и Польше, а также противоракетные корабли «Иджис» в Средиземном, Северном и, не исключается, в Черном и Баренцевом морях).

1 февраля 2010 г. администрация Барака Обамы представила в конгресс (впервые после публикации в 1999 году национальной стратегии в области ПРО) обзор политики США в области ПРО (Ballistic Missile Defense Review Report 2010).

В обзорном докладе Вашингтон акцентирует необходимость сотрудничества с Россией в области ПРО и обозначено также желание подключить Россию к новой структуре сдерживания нарастающих вызовов со стороны небольшого количества государств, пытающихся заполучить «незаконные потенциалы».

Затраты США на создание Национальной системы противоракетной обороны постоянно растут. Точные суммы, затраченные на НПРО, неизвестны. По оценкам, ежегодно на НПРО США будут тратить 8-10 млрд долларов, а к 2030 г. общие расходы на этот проект составят от 100 млрд до 1 трлн долларов.

Бюджет американского агентства по противоракетной обороне в 2012 г. будет увеличен до 8,6 млрд долларов с 7,8 млрд в 2010 г. На 2011 финансовый год администрация запрашивала бюджет в 8,4 млрд долларов.

Читать еще:  «Фантом» для спортсмена. Высокоточная винтовка Bespoke Gun Phantom T

Каким именно образом система противоракетной обороны (ПРО) США угрожает России?

Если речь идёт об американской системе ПРО Aegis в наземном варианте, размещённой в Румынии в 2016 г. и планируеой к размещению в Польше 2018 г., то никакой угрозы безопасности России она не представляет в силу 1) своих технических характеристик, 2) географии размещения, 3) количества ракет-перехватчиков.

1) Система Aegis рассчитана на перехват баллистических ракет малой и средней дальности на среднем и последнем участке траектории полёта таких ракет, что обусловлено логистикой обнаружения пуска ракеты, передачи информации на пункт управления, обработки информации, передачи команды на пуск ракеты-перехватчика и осуществление самого пуска перехватчика. Принципиально важно то, что скорость ракеты-перехватчика SM-3 оставляет 3 км/с, в то время как скорость межконтинетальных баллистичских ракет (МБР) наземного базирования составляет 4-8 км/с. SM-3 физичски не в состоянии догнать МБР для того, чтобы уничтожить её

2) В гипотетическом случае обмена ядерными ударами траектория полёта как американских, так и российских МБР будет проходить через Северный полюс. Значительная часть развёрнутых МБР, которые будут запущены навстречу друг другу в случае обмена ударами, рассчитаны на встречное поражение МБР противника — это самый короткий путь, на котором на достаточно раннем этапе возможно поразить большое количество летящих навстречу МБР. Выполнением именно этой задачи обусловено столь большое количество размещённых МБР. Базы в Польше и Румынии находятся под прямым и меньшим углом к траектории полёта российских МБР в сторону США. В случае массированного запуска российских ракет американские перехватчики SM-3 физически не смогут поразить их под таким углом атаки, поскольку время атаки сократится до долей секунды.

3) В Румынии размещено 24 SM-3. Столько же планируется разместить в Польше в 2018 г. Всего 48. Этого количества недостаточно для того, чтобы представлять серьёзную опасность для 307 размещённых российских МБР, которые при полёте на ниспадающем участке траектории превратятся в 1.040 боеголовок. Даже в случае пуска всех 48 SM-3 в сторону российских МБР часть будет неизбежно утрачена в силу технических причин.

Израиль располагает собственными размещёнными баллистческмми ракетами и систами ПРО, достаточными для поражения иранских целей в полёте.

Почему нельзя наши ядерные ракеты разместить на Дальнем Востоке и угрожать НЕПОСРЕДСТВЕННО США и не портить отношения с европейцами?

Районы размещения межконтинентальных баллистических ракет (МБР) наземного базирования выбраны что в России, что в США с учётом наименьшей траектории полёта ракет, каковая пролегает через Северный полюс. Российские МБР, развёрнутые в Европейской части, не полетят через Европу, равно как МБР с Дальнего Востока полетят не через Тихий океан. Поэтому размещение МБР никак не влияет на наши отношения с европейскимми странами. У России есть несколько позиционных районов на Юге Сибири — в Красноярском крае, на Алтае, в Иркутской и Новосибирской областях.

Ухудшили наши отношения с Европой не МБРы, а российские действия в отношении Крыма и в Восточной Украине.

А зачем вообще угрожать США, да ещё «непосредствнно»? Почему бы не вернуться к недавнему состоянию, когда в отношениях между Россией и США не было особых раздражителей и обо всём можно было спокойно договориться?

Хватит бы уже в солдатики играть.

Насколько на самом деле опасны для России военные базы и системы ПРО США, размещенные у российских границ?

Системы ПРО вообще не опасны, так как они не являются оружием нападения. Задача ПРО — сбить максимально возможное количество ракет и боеголовок агрессора на баллистической траектории подлета, а в идеале — на взлетном участке или на участке маневрирования, так как в боеголовки попасть сложнее, чем в ракету до разделения. Именно поэтому противоракеты размещаются как можно ближе к потенциальному агрессору, ведь время от момента старта до попадания критически важно. Ракета системы ПРО — относительно небольшая, сопоставима по размерам с зенитной. Только противоракета Patriot имеет осколочную боевую часть. Остальные противоракеты (THAAD, SM3, GBI) имеют боевую часть кинетического действия. Что это значит? Это принцип обычной пули. Боевая часть такой ракеты — вольфрамовый сердечник, «болванка» без взрывчатого вещества. Большая скорость такой «болванки» позволяет разрушить любой рукотворный объект так же, как винтовочная пуля разрывает арбуз. Основная проблема — попасть в такой объект. Ни одна современная противоракета не имеет ядерного заряда и не предназначена для нанесения удара по территории противника. Если совсем просто, то противоракета — это «апгрейд» зенитной ракеты в области скорости, точности и высоты полета. Например, противоракета SM3 поднимается на высоту более 200 километров, что теоретически позволяет разрушить боевой блок баллистической ракеты агрессора на орбите до разделения боеголовок. Боевой блок баллистической ракеты как правило содержит несколько боеголовок, которые на участке разведения наводятся на цели на поверхности и дальше должны входить в атмосферу в определенном положении. Попадание в боевой блок до разведения боеголовок — оптимальный вариант, так как даже если боеголовки не разрушатся все, то уж на цели точно не наведутся и войдут в атмосферу в произвольном положении, что может привести к их разрушению при торможении в плотных слоях атмосферы.

Сбивать противоракетами самолеты никто не будет, так как это слишком дорого.

А размещение войск НАТО у границ России — это защитная реакция на действия России в Украине. Они нас боятся. Боятся нашего непредсказуемого поведения и потенциального нападения на страны Восточной Европы.

Какое вооружение сейчас стоит на страже России и США? У кого оно более усовершенствованно?

По номинальному ВВП США и РФ соотносятся примерно как 15 к 1 (18569 млрд $ / 1281 млрд $). Российский ВВП — это уровень Австралии, или южной Кореи, но те не ограничены исключительно собственными системами вооружений. Список_стран_по_ВВП_(номинал)

По ВВП (ППС) — примерно как 5 к 1 (15,50% / 3,21%). Список_стран_по_ВВП_(ППС)

Доля военных расходов у США — 3,3% ВВП, у РФ — 5,3%. Список_стран_по_военным_расходам

С одной стороны — страна, тратящая на оборону в 3-10 раз меньше (смотря как считать) и изнемогающая под этим бременем. С другой — страна не только тратящая несравненно больше (в том числе — на разработку новейших систем), но и способная увеличить эти траты раза в два без особого ущерба экономике и уровню жизни.

С одной — одна из наиболее крупных и технологически развитых национальных экономик мира. С другой — страна, не способная наладить производство автомобилей или смартфонов, реализующая в области оборонной техники советские наработки 80-х годов и умудрившаяся довести до цугундера давно обкатанную и почти безаварийную (в прошлом) советскую ракету «Протон».

С одной — изолированная страна, находящаяся под санкциями всех развитых государств мира, с другой — страна, способная купить отсутствующую технологию или продукт у любой другой технологически-развитой страны, поскольку все они — ее близкие союзники.

Российские авианосцы, ударные беспилотники и самолеты-«невидимки» настолько засекречены, что все уверены в их несуществовании («Кузнецов», если что, авианосцем не является даже формально). Стратегическая авиация — плохая копия американских бомбардировщиков многодесятилетней давности. МБР представлены, в основном, продукцией украинского «Южмаша» советских времен, многократно отслужившей первоначальный срок, а с 2014 еще и утратившей обслуживание производителя. Обычный судовой дизель образца 80-х для сколь-нибудь крупного судна — непосильная технологическая задача для «великой державы».

У кого, спрашиваете, более совершенное оружие? Хм, сложный вопрос.

Можно ли назвать «респектабельной» дипломатию США в отношении российско-американского Договора о РСМД и чем ее оправдать?

Вот история этой темы:

Впервые вопрос о нарушении Россией Договора о РСМД американцы официально подняли перед Москвой в 2013, еще до Украины с Крымом и санкций. Речь шла о разработке Россией крылатой ракеты наземного базирования с дальностью, подпадающей под действие Договора. Судя по всему, американцы располагали информацией о разработке Россией и начале испытаний этой ракеты. По мере сбора дополнительной информации об этой ракете США все более настойчиво ставили вопрос о факте нарушения с российской стороны.

В соответствии с Договором, заключенным в 1987, обе стороны обязались ликвидировать и больше не иметь баллистические и крылатые ракеты дальностью 500-5.500 км. Запрещались ракеты как в ядерном, так и в конвенциональном снаряжении наземного, но ни морского ни воздушного базирования. Стороны также приняли на себя обязательства в дальнейшем не производить такие ракеты и не проводить летных испытаний как самих ракет, так и их отдельных ступеней.

С 2013 США уже регулярно ставили вопрос о нарушении Россией ДРСМД в ходе двусторонних контактов на протяжении последующих 6 лет. Начиная с 2014 госдепартамент США в своих ежегодных открытых отчетах о выполнении соглашений в области разоружения регулярно отмечал нарушение Россией Договора о РСМД.

В ноябре 2016 по инициативе США была созвана предусмотренная Договором в качестве верификационного механизма Специальная контрольная комиссия (СКК).

В течение 2017 новая администрация США провела оценку проблемы российского нарушения и пришла к выводу о необходимости либо добиться от России соблюдения ДРСМД, что требовало ликвидации крылатой ракеты 9М729, либо выйти из Договора и тем самым не поощрять продолжение его нарушения.

В декабре 2017 СКК повторно собралась. Тогда американцы назвали российскую классификацию этой ракеты – 9М729 и впервые заявили, что могут рассмотреть вопрос о прекращении действия Договора в случае продолжения его нарушения со стороны РФ.

В конце 2018 США предоставили российской стороне разведывательную информацию, подтверждавшую тактико-технические параметры российской ракеты. Эта же информация была передана американцами союзникам по НАТО, которые признали, что она свидетельствовала о нарушении Россией ДРСМД.

20 октября 2018, не дождавшись конструктивной реакции со стороны Москвы, США объявили о своем выходе из ДРСМД, после чего предложили дополнительный 2-месячный период для выполнения Россией своих обязательств по Договору, которые должны были выразиться в ликвидации ракеты 9М729. Москва не стала ничего делать и 2 февраля 2019 США официально уведомили РФ о своем выходе из Договора.

Читать еще:  Керамическое покрытие для оружия Cerakote

Российская ответная реакция развивалась по стандартной московской схеме: от полного отрицания проблемы на протяжении нескольких лет и выражения непонимания, о чем вообще идет речь, до признания проблемы с оговорками уже на финале всей этой ситуации, когда вопрос о выходе США из Договора приобрел остроту.

Опять же следуя своей стандартной практике, Москва построила свою позицию по данной теме сразу на нескольких контраргументах, ни один из которых, правда, не имеет отношения к ДРСМД. Показательно и то, что все эти контраргументы охапкой были вывалены американцам на последних этапах переговоров. Ключевым в этих контраргументах является слово «могут», т.е. речь идет не о действительных нарушениях с американской стороны, а о том, что Москве представляется возможным. По версии Москвы, США

могут использовать для крылатых ракет «Томагавк» пусковые установки систем ПРО Мк-41, развернутые в Румынии и Польше (американцы в ответ говорят о том, что в наземном варианте использование этих пусковых установок для запуска КР исключено и предоставили Москве технические пояснения в этой связи);

могут использовать в наземном варианте новую КР воздушного базирования AGM-158B JASSM-ER (воздушные КР не запрещены по ДРСМД);

могут использовать беспилотные летательные аппараты среднего и тяжелого класса, которые похожи на современные крылатые ракеты (беспилотники также не запрещены, а кроме того, они представляют собой систему воздушного базирования).

В жизни вообще много чего похожего можно найти, особенно при желании сделать это.

Когда у Кремля рыльце в пушку, его всегда выдает многословие и обилие контрверсий. Если Москва вдруг обнаружила сразу столько много нарушений, то закономерен вопрос: а куда российская сторона смотрела до сих пор и почему она ничего не предпринимала ни на официальном уровне, ни в конфиденциальных контактах для решения этих вопросов?

Москва никогда официально не заявляла свои претензии американцам по этим вопросам, почему-то не предлагала провести по ним переговоры, как это сделали США с ракетой 9М729, рассмотреть претензии и либо добиваться уничтожения этих систем, если бы они были признаны нарушениями ДРСМД, либо заключить в отношении них новый договор и тем самым снять угрозы для своей безопасности.

Даже если признать российские контраргументы соответствующими истине, то тогда возникает вопрос о безответственном поведении Москвы в вопросах разоружения: вместо того, чтобы добиваться от американцев ограничения и ликвидации различных боевых систем, представляющих угрозу России, она вместо этого втихаря втягивается в гонку вооружений, которая ей не по силам, да при этом еще официально вводит россиян в заблуждение, уверяя их, что никакой гонки вооружений не будет.

Большинство россиян узнало о проблеме с ДРСМД буквально в последние несколько месяцев, когда США начали процедуру выхода из Договора, но почему-то Москва усердно замалчивала назревание этой проблемы все предыдущие 6 лет. С чего бы это? Ведь было очевидно, что американцы закрывать глаза на нарушения ДРСМД, как и любого другого договора, никогда не будут. Значит, все последние 6 лет Москва сознательно вела дело к разрушению ДРСМД, делая вид, что она ничего не ведает.

Об этой тактике свидетельствует и нынешняя реакция Кремля на выход США из ДРСМД: новых разоруженческих переговоров не инициировать, а из ДРСМД тоже выйти – и тем самым не использовать оставшиеся 6 месяцев для возможного сохранения Договора.

Этим, собственно говоря, Москва и занималась все последние 6 лет – ничего не инициировала, только торпедировала. Надо сказать, что россияне хорошо знают и по внутренним делам эту отличительную черту российской власти — ничего не делать, не решать, только запрещать и топить.

Тем самым нашел свое дополнительное подтверждение прискорбный факт: внешняя политика Кремля не является активной политикой, нацеленной на решение внешних проблем России, а определяется степенью жесткости политики США.

Москва избрала убогую и непрофессиональную линию поведения в мировой политике: нарушать международные договоры и придумывать кучу оправданий. Этим она подорвала доверие к себе.

Вот и скажите, кто тут себя ведет респектабельно, а кто — нет.

Сможет ли спасти США система ПРО?

Американская ПРО не защитит от российского ядерного удара, но сможет нанести свой собственный

Американская ПРО не защитит от российского ядерного удара, но сможет нанести свой собственный

Барабаны грядущей Третьей мировой войны бьют все громче. Представители Генеральных штабов России и Китая Виктор Познихир и Цай Цзюнь заявили о том, что американские планы по созданию системы ПРО угрожают безопасности обеих стран. Соответствующие утверждения были озвучены ими на форуме по безопасности в Пекине.

Речь идет о том, что развитие ПРО может создать иллюзорное чувство «безопасности», и подвигнуть американских ястребов на агрессивные действия. Гарантированное взаимное уничтожение до этого сдерживало две ядерные сверхдержавы от атомной войны. Теперь ложное чувство защищенности может сыграть с руководством США злую шутку.

На самом деле создаваемая американцами система ПРО уже сейчас не в состоянии защитить страну от российского ядерного удара. А новые средства доставки скоро сделают ее совершенно не нужной. Другой вопрос, действительно ли все элементы американской ПРО носят оборонительный характер.

Ослепить противника

Последнее поколение российских межконтинентальных баллистических ракет использует системы по борьбе с ПРО противника третьего поколения. Так система «Терек» позволяет запускать фальшивые цели, опознаваемые в инфракрасном спектре, которые воспроизводят «почерк» отдельных боеголовок, входящих в атмосферу.

Система включается, как только баллистическая ракета попадает в зону досягаемости противоракет противника. Для того, чтобы «ослепить» системы наведения противоракет противника, российские баллистические ракеты используют высокомощные ультракоротковолновые передатчики.

Конечно, какие-то ракеты американская ПРО сумеет сбить, однако тот же Познихир намекнул на то, что Россия будет вынуждена реагировать на модернизацию американских противоракет.

Ахиллесова пята США

Принципиальной особенностью американских систем противоракетной обороны сейчас является тот факт, что они не позволяют поразить цели, движущиеся в мезосфере ( 35000-80000 м) с гиперзвуковой скоростью, то есть со скоростью выше 5 числа Маха.

Другая их особенность, что как правило – это суборбитальные баллистические ракеты на твердом топливе. Они не предназначены для поражения маневрирующих целей. Сейчас вероятный противник использует в своих системах ПРО три типа таких ракет: SM-3 Block 1b (дальность 150-500 км), THAAD (дальность 80-150 км) и SR19 (дальность 100-300 км).

Они предназначены для уничтожения баллистических ракет противника на разных стадиях подлета, при этом самая тяжелая ракета SM-3 Block 1b движется с наиболее низкой скоростью. Кроме того, баллистические ракеты на высотах ниже 35 000 м входят в зону поражения комплексов ПВО «Патриот».

Гиперзвук против ПРО

В то же время идущие в России разработки гиперзвукового оружия делают американские системы ПРО в принципе бесполезными. Речь идет о ракетах типа 3М22 Циркон, развивающих скорость 6500 км/ч, против которых бессильны любые средства защиты.

В первую очередь эти системы предназначены для поражения американских авианосцев, а также кораблей системы ПРО морского базирования AEGIS. Кроме того, Россия с 2013 года испытывает космоплан Ю-71, который сможет двигаться с крейсерской скоростью 11,200-12,500 км/ч на околокосмических высотах. Маневренность космоплана также не оставляет для американской ПРО никаких шансов. Ожидается, что к 2020 году испытания нового чудо оружия закончатся.

В свою очередь Китай, также активно развивает направление гиперзвуковых летательных аппаратов. В первую очередь речь идет о космоплане DF-ZF. Испытания этого аппарата идут с 2014 года. По характеристикам он схож с российским аналогом и разрабатываемым американцами DARPA Falcon Project . Выход гонки вооружений на уровень гиперзвука и развитие этого вида оружия превращает конвенциональные системы ПРО в абсолютно бесполезную затею.

ПРО как знак подготовки к большой войне

Еще больше странностей с расположением новых систем ПРО. В то, что они направлены против Ирана или Северной Кореи уже особенно никто и не верит. Однако, размещение американских ПРО в Польше и Румынии не вяжется даже с идеей защиты от предполагаемого ядерного удара. Кратчайшая траектория полета баллистической ракеты, выпущенной с территории России по территории США, составляет 9 000 км и пролегает над Северным полюсом.

То есть, если Россия ударит по США, то системы ПРО в Польше и Румынии американцев не спасут. Конечно, Запад может говорить о защите Европы от «злых русских», но проектировались эти системы задолго до нынешнего обострения российско-европейских отношений, еще в 2006 году, и речь тогда шла именно о защите США.

Возникает впечатление, что еще в то время, где-то по ту сторону Атлантики решили готовиться к большой европейской войне. Размещаемые же сейчас элементы американской ПРО в Южной Корее, хотя и нацелены декларативно против КНДР, на самом деле беспокоят более всего Россию и Китай.

Томагавки под видом ПРО

Интересен и тот факт, что ракеты SM-3 Block 1b, которые должны быть размещены на первой открывшейся в Европе американской базе противоракетной обороны в Девеселу по своим габаритам – совпадает с ракетой Томагавк BGM-109G с ядерной боеголовкой. Для сравнения:

Вес SM-3 Block 1b 1500 кг, длина 6, 6 , диаметр 34 см. Вес Томагавк BGM-109G — 1500 кг, длина 6, 6 м диаметр 34 см. Каждая из этих двух ракет помещается в кассету, которая затем устанавливается в герметическую ячейку. Габариты Кассеты Mk-14 (для Томагавков) и Mk-21 (для противоракет) практически идентичны.

Учитывая, что на базу не допускаются представители румынской стороны, вариант размещения крылатых Томагавков с ядерными боеголовками под видом противоракет предполагается весьма вероятным. Тогда становится понятной информация о перевозе в Девеселу ядерных боеголовок с турецкой базы Инджирлик, после неудавшейся попытки переворота в Турции.

Напомним, там складировались американские бомбы с ядерным боезарядом, в том числе авиабомбы B-61/ Ракеты GM-109G могут быть оснащены ядерной боеголовкой W84, которая в свою очередь является модификацией боеголовки W85 установленной на бомбах B-61, которые ранее были размещены в Инджирлике. Обе боеголовки обладают практически одинаковыми габаритами, а значит «турецкие» боезаряды вполне могут быть установлены на ракетах в Румынии и нацелены на Москву.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector