0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Пятью пять — двадцать пять. Обзор пятикратных прицелов

Пятью пять — двадцать пять

Семимильными шагами устремилась вперёд наука. Даже младшие школьники знали, что ноу-хау – это не сумчатое животное, обитающее в Австралии, и не один из видов японского многоборья, и не то, что может прийти ночью и укусить тебя за бочок.
Научно технический прогресс входил в дома граждан и занимал там почётное место в виде персонального компьютера, стиральной машины-автомата или на худой конец телефона с автоответчиком. И не один уважающий себя первоклассник не отправлялся в школу без калькулятора.

Чтобы придумывать всё новые и новые заморочки как-то: фонарь-кофеварка, радио-мясорубка, утюг-будильник или гладильная доска, она же гриль, нужны были люди необыкновенных умственных способностей, незаурядного таланта и колоссальных специальных знаний. Дабы шагать в ногу с наукой и поставлять ей достойные кадры, наша школа ещё во времена развитого социализма взялась за обновление программы по некоторым наукам. И в первую очередь за математику.
Выпускники наших школ могли говорить на одном языке с выпускниками зарубежных математических ВУЗов, потому что в наших школах дети в 3-4 классах учили то, что до американских детей доходило к 9 классу.
Наши первоклассники имели представление о правильных и не правильных дробях, десятичных системах, квадрате гипотенузы и к окончанию начальной школы легко решали уравнение с двумя неизвестными.
В пятом классе ученики доказывали теоремы о трёх перпендикулярах, о боковой поверхности прямой призмы и о противоположных гранях параллелепипеда, отличали косинус от радиуса и не путали синус с биссектрисой. Им ничего не стоило возвести в степень любое число или извлечь корень из него же.
Завершив курс школьной программы, они свободно ориентировались в вертикальной, горизонтальной и наклонной асимптоте, в дифференциальном исчислении и в логарифмическом тождестве, не говоря уже о об алгоритмах.

К сожалению, большая часть нашпигованных самыми разнообразными математическими знаниями мозгов так и осталась невостребованной.
Школьные умники и умницы,если везло, в основнм пристраивались на рынке.
Но вот беда. Новоявленные продавцы слишком часто оставались в накладе.
Прибавить стоимость банки кильки в томате к стоимости пачки масла «Вето», да ещё приплюсовать туда же стоимость пачки сосисок, помноженной на три, было задачей не для средних умов.
Из всей таблицы умножения наши бывшие школьники, успешно постигшие основы высшей математики, помнили только следующее:
Дважды два – четыре,
Дважды два — четыре.
Это всем известно
В целом мире. И
Пятью пять — двадцать пять.
Это нужно знать.
А поскольку калькуляторы или быстро ломались, или батарейки в них садились, дальше
Шестью шесть – тридцать шесть дело не шло.

Пятью пять — двадцать пять. Обзор пятикратных прицелов

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 598 154
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 561 866

Посвящается ушедшему 2002 году и солнцу, нарисованному на окне.

Депрессивная комедия с хорошим концом в 2-х действиях и 4-х сценах.

Все действующие лица пьесы не имеют реальных прототипов. Совпадения случайны, следовательно закономерны.

Темнота. Из темноты начинаются сигналы, как на медицинском датчике – пульс, только не буквальные удары сердца – пиликанье. Входит свет. Мы видим молодого человека лет 25, сидящего на столе. Прикинут ничего, по-осеннему: свитер с длинными рукавами, расклешенные джинсы, крепкие ботинки. Выглядит ужасно – бледный, синяки под глазами, мокрый, взъерошенный. Очевидно, что сигналы его очень раздражают. Он пытается освободиться, сигналы становятся реже. Полностью освободившись, он залезает под стол и зажимает уши руками. Сигналы прекращаются. Убедившись, что они прекратились, молодой человек вылезает из-под стола, удобно усаживается, лезет за сигаретами, закуривает. Он уже спокоен, оглядывается по сторонам.

Коля. Эй. Есть тут кто? Ау! Есть кто живой? (Хихикает) Живой. Ау-у. Ну-у… А где же ангелочки с крыльями и рогатый черт? Где сковородки и Бог с белой бородой, который в книжках на облаке сидит? Ну, гадский стыд, это все как-то нечестно… И так облом полный вышел, а вы меня еще больше обломали! Религиозный дурман. Негры-поющие пасторы.

Вот блин, живешь так, и думаешь – а что будет после смерти? Хрен тебе кто скажет. Потому что никто не знает. И библию, кстати, тоже кто-то написал. Ну, откуда ей еще взяться было? Сел кто-то и написал. А все поверили. Мир и любовь, братья и сестры! Я пришел!

Вот так живешь-живешь, думаешь – а вот классно было бы умереть. Сидишь на облаке, смотришь, как тебя хоронят, и злорадствуешь: «Ага, твари! Не ценили меня при жизни. Вот получите теперь. Посмотрим, как вы без меня обойдетесь!»

Хрена лысого я сейчас вижу. Эй! Ну отзовитесь хоть кто! Страшно же! Не, блин, лучше бы уж я доторчал свое там. Получилось как-то глупо – приходнуло, загрузился и полез на высотку. Ладно бы, Москва была – там хоть небоскребы есть. Упадешь, так точно башку проломишь. Нет, девятиэтажки тоже типа сойдут… И летел ведь не как голубь сизокрылый, а как мешок с хрен знает чем. Шлепнулся, но сдох не сразу. (усмехается) Еще в больницу привезли, колдовали эти волшебники в белых халатах, колдовали – а толку? Позвоночник сломан, сотрясение вообще хрен знает какой степени, крови потерял до фига. Чего париться-то? Ведь поняли по анализам, что обдолбанный был. Одним бесполезным членом общества больше, одним меньше…

Читать еще:  Форма вмф: обзор повседневной и парадной форменной одежды моряков

Интересно, а вот что теперь мне делать тут? Ну вот, умер. И что? Ведь та же история – руки-ноги на месте, голова варит. А здесь пусто. Курево закончится скоро. Что делать? Книг тут нету, компьютера тоже, музыки никакой, даже телевизор не посмотреть… Doom какой-то замутить что ли? Типа на том свете. Так ведь нет ни кого ни хрена… Бонусы, аптечки, оружие всякое. Ау-у. Как это там… Всевышние! Мне еще долго здесь торчать? Я сейчас второй раз с собой покончу! Столом сам себя придавлю! Или акт самосожжения учиню! Вот высохну и учиню.

Нашел, чем пугать… Я ж и так уже мертвый. Мертвец идет… Так, стол все тот же, больничный. Только нет ни хрена никого. Был бы кто-нибудь – позвонил бы кому-нить… Алло! Милиция? Приезжайте, пожалуйста, в больницу. Да, тут ситуация такая. Просто я умер, и не знаю, что мне делать. В больницу какую? Да я знаю, думаете? Номер определить, что ли, не можете? Психиатрическую? Да пошли вы! Алло, здравствуйте, Колю позовите, пожалуйста. Уже не живет здесь? Да это с работы его беспокоят. Нет, ничего не надо передавать. Или в НИИ какой-нить звякнуть – Алло! Я с того света! Здесь как-то неуютно. И вообще меня обломали. Крылья не выросли. И душа вроде как не отделилась. Такая же фигня, как здесь, то есть там, то есть у вас, то есть вы поняли, очкарики?

Пауза. Докуривает сигарету, тушит об подошву. Внезапно громко, во весь голос орет:

Алло! Есть здесь хоть кто. Ну скажите, что мне делать? Я в аду, что ли? Неужели я здесь должен хер знает сколько времени сидеть? Не могу я так! Я пришел! Я готов!

Громкая музыка. Яркий свет. Распахивается дверь. Появляются два человека. Одеты могут быть, как угодно. Громкие аплодисменты невидимой публики.

Первый. Добрый вечер, дамы и господа!

Второй. Недоброе утро, мужики и бабы!

Первый. Рады приветствовать вас!

Второй. Видеть вас больше не могу!

Вместе. Добро пожаловать на наше увлекательное ток-шоу «Новая жизнь».

Первый. Гость нашей сегодняшней программы обдолбался героина и покончил с собой, спрыгнув с девятого этажа кирпичной девятиэтажки. Кто он? Что он хотел? И имело ли это смысл? Вот тема нашей сегодняшней передачи.

Второй. Краткое досье, которое нашим экспертам удалось собрать на нашего гостя: «Зовут Колей. Родился, жил, умер». Итак, зададим нашему гостю наш первый вопрос – как ты себя сейчас чувствуешь?

Коля (офигел). Хреново… Вы-то кто?

Первый. У-у… Дамы и господа, простите нашему герою его маленькие слабости. Мы понимаем, стресс, который он пережил, все еще владеет его разумом. Сумеет ли он открыть нам истинную причину своего необдуманного поступка? И «за» или «против» проголосуют наши зрители? Звоните нам по нашему контактному телефону в студии, который вы видите сейчас на ваших экранах. Мы вернемся после рекламы. Оставайтесь с нами.

Музыка. Свет меняется. Комната темнеет.

Коля. Что это за хрень творится? Вы кто такие? Что происходит?

Первый. Тише, молодой человек, что вы грубите? Это же все в эфир пойдет.

Коля. Да мне положить десять тысяч раз на это! Это что все значит? Загробная жизнь? Что это такое?

Первый. Так… По хорошему не получается… Короче, слушай сюда! Ты сказал, что ты готов. Поэтому ты сейчас будешь отвечать на все наши вопросы. Сиди ровно и все начистоту… Иначе проторчишь здесь очень много времени.

Второй. Я – Черт. Понял? Вопросы еще есть?

Коля. Да что вы гоните! Вы же совсем другие. У одного рога, у другого борода белая и круг светящийся.

Первый. Нет. Это просто кто-то когда-то придумал, что мы такие. Мы же друг от друга в сознании людей не сильно отличаемся. Ты вспомни. Говоришь: «Пошел к черту» – то есть у черта будет хуже. А когда что-нибудь неприятное происходит – ты ж всегда Бога обвиняешь и спрашиваешь – «зачем мне такие испытания?». То есть он тоже скверный тип, если тебя так мучает. Так что разницы особой нет. А на самом деле мы хорошие и бодрые ребята.

Коля. А я думал, что вы совсем другие… Облака, сковородки…

Второй. Да сковородки есть, только уже не так интересно все это. Нам так точно. Прошлый век. Скучать в пустой комнате страшнее всего. У него в раю, кстати, не сильно лучше, просто там думать перестаешь. Поэтому не скучно, по крайней мере. Народ там, правда, на редкость неинтересный.

Пять-двадцать пять

НАСТРОЙКИ.

СОДЕРЖАНИЕ.

СОДЕРЖАНИЕ

Данила Привалов

«Пять-двадцать пять»

Посвящается ушедшему 2002 году и солнцу, нарисованному на окне.

Депрессивная комедия с хорошим концом в 2-х действиях и 4-х сценах.

Читать еще:  Парабеллум — подробный обзор немецкого пистолета

Все действующие лица пьесы не имеют реальных прототипов. Совпадения случайны, следовательно закономерны.

Коля.

Таня.

Пандус.

Толстый.

Первый.

Второй.

ПЕРВОЕ ДЕЙСТВИЕ

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Темнота. Из темноты начинаются сигналы, как на медицинском датчике – пульс, только не буквальные удары сердца – пиликанье. Входит свет. Мы видим молодого человека лет 25, сидящего на столе. Прикинут ничего, по-осеннему: свитер с длинными рукавами, расклешенные джинсы, крепкие ботинки. Выглядит ужасно – бледный, синяки под глазами, мокрый, взъерошенный. Очевидно, что сигналы его очень раздражают. Он пытается освободиться, сигналы становятся реже. Полностью освободившись, он залезает под стол и зажимает уши руками. Сигналы прекращаются. Убедившись, что они прекратились, молодой человек вылезает из-под стола, удобно усаживается, лезет за сигаретами, закуривает. Он уже спокоен, оглядывается по сторонам.

Коля. Эй. Есть тут кто? Ау! Есть кто живой? (Хихикает) Живой. Ау-у. Ну-у… А где же ангелочки с крыльями и рогатый черт? Где сковородки и Бог с белой бородой, который в книжках на облаке сидит? Ну, гадский стыд, это все как-то нечестно… И так облом полный вышел, а вы меня еще больше обломали! Религиозный дурман. Негры-поющие пасторы.

Вот блин, живешь так, и думаешь – а что будет после смерти? Хрен тебе кто скажет. Потому что никто не знает. И библию, кстати, тоже кто-то написал. Ну, откуда ей еще взяться было? Сел кто-то и написал. А все поверили. Мир и любовь, братья и сестры! Я пришел!

Вот так живешь-живешь, думаешь – а вот классно было бы умереть. Сидишь на облаке, смотришь, как тебя хоронят, и злорадствуешь: «Ага, твари! Не ценили меня при жизни. Вот получите теперь. Посмотрим, как вы без меня обойдетесь!»

Хрена лысого я сейчас вижу. Эй! Ну отзовитесь хоть кто! Страшно же! Не, блин, лучше бы уж я доторчал свое там. Получилось как-то глупо – приходнуло, загрузился и полез на высотку. Ладно бы, Москва была – там хоть небоскребы есть. Упадешь, так точно башку проломишь. Нет, девятиэтажки тоже типа сойдут… И летел ведь не как голубь сизокрылый, а как мешок с хрен знает чем. Шлепнулся, но сдох не сразу. (усмехается) Еще в больницу привезли, колдовали эти волшебники в белых халатах, колдовали – а толку? Позвоночник сломан, сотрясение вообще хрен знает какой степени, крови потерял до фига. Чего париться-то? Ведь поняли по анализам, что обдолбанный был. Одним бесполезным членом общества больше, одним меньше…

Интересно, а вот что теперь мне делать тут? Ну вот, умер. И что? Ведь та же история – руки-ноги на месте, голова варит. А здесь пусто. Курево закончится скоро. Что делать? Книг тут нету, компьютера тоже, музыки никакой, даже телевизор не посмотреть… Doom какой-то замутить что ли? Типа на том свете. Так ведь нет ни кого ни хрена… Бонусы, аптечки, оружие всякое. Ау-у. Как это там… Всевышние! Мне еще долго здесь торчать? Я сейчас второй раз с собой покончу! Столом сам себя придавлю! Или акт самосожжения учиню! Вот высохну и учиню.

Нашел, чем пугать… Я ж и так уже мертвый. Мертвец идет… Так, стол все тот же, больничный. Только нет ни хрена никого. Был бы кто-нибудь – позвонил бы кому-нить… Алло! Милиция? Приезжайте, пожалуйста, в больницу. Да, тут ситуация такая. Просто я умер, и не знаю, что мне делать. В больницу какую? Да я знаю, думаете? Номер определить, что ли, не можете? Психиатрическую? Да пошли вы! Алло, здравствуйте, Колю позовите, пожалуйста. Уже не живет здесь? Да это с работы его беспокоят. Нет, ничего не надо передавать. Или в НИИ какой-нить звякнуть – Алло! Я с того света! Здесь как-то неуютно. И вообще меня обломали. Крылья не выросли. И душа вроде как не отделилась. Такая же фигня, как здесь, то есть там, то есть у вас, то есть вы поняли, очкарики?

Пауза. Докуривает сигарету, тушит об подошву. Внезапно громко, во весь голос орет:

Алло! Есть здесь хоть кто. Ну скажите, что мне делать? Я в аду, что ли? Неужели я здесь должен хер знает сколько времени сидеть? Не могу я так! Я пришел! Я готов!

Громкая музыка. Яркий свет. Распахивается дверь. Появляются два человека. Одеты могут быть, как угодно. Громкие аплодисменты невидимой публики.

Первый. Добрый вечер, дамы и господа!

Второй. Недоброе утро, мужики и бабы!

Первый. Рады приветствовать вас!

Пять-двадцать пять

Автор пьесы «Пять двадцать пять» – молодой петербургский драматург Данила Привалов – жанр пьесы определил как «депрессивная комедия с хорошим концом». В пьесе есть неизбежные обстоятельства современной жизни: массовая культура, эстетика телевизионных шоу, наркотики, одиночество, непонимание…Но – это только обстоятельства, в которых разворачивается история любви юноши и девушки, современная история Ромео и Джульетты.

Эта пьеса – о самом главном в жизни: о любви, о важности Жизни, и о том, что о своих чувствах нужно уметь говорить во время. Жизнь дается один раз и как ею распорядиться – решать нам…

Посвящается ушедшему 2002 году и солнцу, нарисованному на окне.

Читать еще:  Универсальное российское шасси газ-3308

Депрессивная комедия с хорошим концом в 2-х действиях и 4-х сценах.

Все действующие лица пьесы не имеют реальных прототипов. Совпадения случайны, следовательно закономерны.

Пять-двадцать пять скачать fb2, epub бесплатно

Обоснованная претенциозность и критическое отношение к традиционной драматургической форме Данилы Привалова, давшие повод сравнить первые постановки его пьес с нью-йоркским дебютом Сэма Шепарда – это «наш ответ» Петербурга ново-драматическому истэблишменту в Москве. Пьесы представляют собой почти избыточный набор содержательного шокинга, реализованного точным чередованием приемов Брехта с Куртом Вайлем и Кэрил Черчилл, Гришковца и Тарантино с Оливером Стоуном. Тренировка, оборачивающаяся экспериментом, дозволяет автору – который еще и профессиональный актер и режиссер – не рассматривать текст, как нечто выделенное из спектакля, а считать составляющей его производства.

Данила Привалов – лауреат Конкурса Молодых Петербургских Драматургов. Спектакль по пьесе «Люди древнейших профессий» в постановке Михаила Угарова идет в театре Школа современной пьесы (Москва).

Собрание сочинений в пяти томах, том 2

. старшее поколение обязано пестовать новое поколение, поколение своих сыновей. Надо прививать им любовь к мирным профессиям, стремление стать настоящими специалистами, владеющими новой техникой, подняться на еще более высокую ступень образованности, не забывать того зла, что принес народу фашизм, разжигать гнев против всех, кто хочет взорвать мирный труд людей.

По словам В. С. Межевича, близко знавшего Белинского, «Пятидесятилетний дядюшка» писался две-три недели для бенефиса М. С. Щепкина, очевидно, по просьбе последнего. Пьеса была представлена в московский театр 2 декабря 1838 г. Следовательно, она была написана в ноябре этого года. Ольдекоп, цензуровавший пьесу Белинского 9 декабря 1838 г., в своем отзыве о ней писал, что среди пьес, рассмотренных им, «Пятидесятилетний дядюшка» – «самая скучная, предлинная и утомительная, но, к счастью, невинная пьеса. Старый дядя влюблен в молодую свою племянницу и готов на ной жениться, но, узнав, что она любит своего двоюродного брата, он великодушно отступает и соединяет молодых»

Наши дни. Соединенные Штаты Америки. Нью — Йорк.

На сцене — интерьер дорогого ресторана (или кабинета в нотариальной конторе) . За столиком — пара: мужчина и женщина. Им обоим за тридцать.

ДЖЕЙН: Леон, ещё один такой «удачный» брак — и нам придётся объявлять банкротство.

ЛЕОН: Могло быть и хуже, если бы не твоя блестящая защита.

ДЖЕЙН: Хуже. Как в том анекдоте. Одна подруга другой рассказывает: «Сосед уехал в командировку, должен был вернуться домой в пятницу, а приехал в четверг. Застал у жены любовника. Схватил пистолет, жену убил, любовника убил, сам застрелился…». Подруга ей отвечает: «Могло быть и хуже!» — «Куда же хуже?» — «Мог в среду приехать…»

Илья Пахомов, сын посадский.

Гонсевский, начальник польского войска в Москве.

Федька Андронов, боярин.

Минин, один из старост в Нижнем-Новгороде.

Мария, приемная дочь Минина.

Пожарский, начальник ополчения.

Ходкевич, гетман литовский.

Зборовский, польский ротмистр.

Трубецкой, начальник казацкого войска.

La Foire d’empoigne: Jean Anouilh (1958)

Перевод с французского Марии Зониной

Герцог де Блакас.

Юмористически-философское шоу к двухсотлетнему юбилею великого писателя Ивана Алексеевича Гончарова, родившегося в Ульяновске 18 июня 1812 года. Сюжетно связанные главным персонажем (Обломовым) сцены, представляют собой обзор исторических событий в разных социальных пластах, жанрах и позволяют собрать вместе современных бомжей, идеологов Октябрьского переворота, членов семьи Александра Пушкина, английского драматурга Стоппарда и многих других вип-персонажей сегодняшнего дня и прошедших столетий. В центре действа, как и положено, юбиляр.

Комедия из давней были с пением в одном действии

Во второй Каденции говорится о никчемности бывшего двора и жестокости нынешних правителей. Взваливая на спину мешок, король уходит сдавать бутылки, чтобы купить поесть, сопровождаемый гвардейцем с таким же гремучим тюком. Шут и Лир за поздним завтраком ведут беседу о бренном и о вечном, вспоминая события последних дней. После посещения в родительскую субботу кладбища ночь они провели в одном из супермаркетов, где тайком, но не случайно остались после выгрузки товара. Шут заметил, что хозяин магазина Эдмунд при расчете с грузчиками положил ключи от сейфа в стол. Изнуренный нуждою он первый раз в жизни решил воспользоваться оплошностью нувориша, и вся наличность из сейфа перекочевала в карманы нашего дуэта. Утром с первыми покупателями они вышли из своего убежища и обильно отоварились провиантом, прихватив ящик водки. Было решено вложить деньги в книги.

Новые произведения популярного фантаста, ранее выступавшего под псевдонимом Дж. Коуль, вновь погружают читателя в атмосферу невероятных приключений и звездных битв. Герой романа «Несущий Смерть» Керл Вельхоум — непобедимый звездный гладиатор, с успехом сражающийся и с коллегами на арене, и с вражескими киборгами, и с самой Смертью.

Роман о советских воинах, прошедших боевой путь в Афганистане. В центре фабулы романа – художник Веретенов, который едет на «необъявленную войну», чтобы запечатлеть происходящее на холсте и повидаться с сыном, находящимся в воюющих частях. Глазами художника-баталиста и рисуются те события, что развертывались в те дни в районе Герата, воссоздаются образы советских солдат и командиров.

При художественном оформлении книги использованы уникальные фотографии, сделанные А. Прохановым на месте действия, – писатель неоднократно бывал в воюющей стране.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector