1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Оружие победителей в Музее артиллерии. Противотанковое ружьё ПТРС К. Г. Матузова

Противотанковое ружьё системы Л.В. Курчевского

Инженер Л.В. Курчевский занимает особое место в истории советского оружия. Он создал целую линейку т.н. динамореактивных систем с неоднозначными характеристиками и потенциалом и получил поддержку командования Красной Армии, однако позже от всех этих разработок отказались. Одной из перспективных систем, предложенных Курчевским, было динамореактивное противотанковое ружье.

Малый калибр

На рубеже двадцатых и тридцатых годов Л.В. Курчевский разработал сразу несколько проектов динамореактивных пушек (ДРП) разных калибров и разного назначения. Характерной чертой всех этих систем являлось использование одних и тех же решений, выполненных в разных масштабах и под разный калибр. Наименее мощные ДРП имели калибр 37 мм и позиционировались в качестве противотанковых ружей.

В начале тридцатых Курчевский представил две 37-мм системы, предлагавшиеся для использования в качестве легкого противотанкового средства. По конструкции ружья были почти одинаковыми, однако изделие «малой мощности» отличалось меньшей длиной ствола. ПТР «большой мощности», соответственно, было незначительно тяжелее.

Оба ружья представляли собой типичные для Курчевского дульнозарядные безоткатные орудия с соплами в казенной части, рассчитанные под особый унитарный выстрел. В 1932 г. две системы вышли на испытания и получили хорошую оценку. ПТР / ДРП «большой мощности» также получило рекомендацию к принятию на вооружение. В серии оно получило обозначение «К». В некоторых источниках оно также фигурирует как «14-К».

Особенности конструкции

Основным и наиболее крупным элементом ПТР Курчевского являлся ствол калибром 37 мм. ПТР «большой мощности» имело 1250-мм ствол, малой – 1220-мм. Канал ствола имел 12 правосторонних нарезов. Задняя половина ствола получила развитое оребрение. На казеннике предусматривалась резьба для установки конического сопла Лаваля для образования тяги.

На дульной части ствола крепился лоток, используемый при заряжании. Сверху на стволе последовательно поместили магазин с системой досылания и кронштейн для прицела. Снизу под стволом имелись крепления для установки на станок-треногу, рамка со спусковым механизмом и рукоятки управления. После установки всех этих систем ПТР Курчевского приобретало характерный и узнаваемый внешний вид.

ДРП нового типа получило особый боеприпас. В состав выстрела входила 37-мм бронебойная граната массой 600 г с 10-г зарядом черного пороха. На донце снаряда имелся особый раздувающийся ведущий поясок. Снаряд помещался в сгорающую гильзу из нитроткани, содержавшую 190 г бездымного пороха. Донце гильзы образовывал разрушаемый диск-обтюратор. Капсюль на снаряде отсутствовал; воспламенение было внешним. Общая масса такого выстрела достигала 900 г.

Ввиду наличия задней воронки-сопла заряжание с казны исключалось. В связи с этим ружье получило характерную систему боепитания. Над стволом поместили трубчатый магазин на три выстрела. На магазине присутствовала система толкателей для перемещения боеприпасов и досылания в ствол. Также предусматривалась предохранительная система, исключавшая двойное заряжание. В составе ударно-спускового механизма присутствовала собственная система для работы с планками-обоймами, содержавшими 10 капсюлей для производства выстрела.

Вблизи казенника на стволе устанавливался специально разработанный оптический прицел. Изделие с увеличением 2х позволяло стрелять на дальность от 100 до 500 м. Предельная дальность выстрела для самой системы достигала 1 км. Окуляр прицела перемещался для большего удобства наводчика.

ПТР «К» комплектовалось легким станком-треногой, обеспечивавшим его установку на пригодной поверхности. Наведение осуществлялось вручную. Станок имел гайки для фиксации оружия в требуемом положении.

Расчет орудия / ружья состоял из двух человек – наводчика и заряжающего. Первый отвечал за поиск целей, наведение орудия и производство выстрела. Задачей заряжающего была подача снарядов в магазин и выполнение перезарядки между выстрелами. Во время стрельбы расчету предлагалось сидеть по бокам от орудия. Стрельба из положения лежа была затруднена либо исключалась. Отсутствие отдачи в теории позволяло стрелять с плеча.

Общая длина более мощного ПТР вместе с передним лотком и задним соплом превышала 2 м. Масса изделия в боевом положении – 32 кг. Ружье «малой мощности» было незначительно короче и весило 28 кг. За счет имеющейся системы перезарядки максимальная скорострельность, по расчетам, достигала 15 выстрелов в минуту.

Специфика применения

Орудие нестандартной конструкции отличалось необычными принципами работы. После развертывания ПТР на позиции заряжающий должен был последовательно помещать выстрелы в трубчатый магазин, снарядом вперед. Одновременно осуществлялась установка планки-обоймы с 10 капсюлями в УСМ. При помощи возвратно-поступательного движения соответствующей рукоятки передний снаряд выталкивался из магазина на лоток перед стволом и затем досылался внутрь последнего. Диаметр выстрела не превышал 37 мм, что позволяло свободно протолкнуть его по каналу ствола в нужное положение.

Нажатие на спуск приводило к удару по капсюлю; через запальное отверстие в стволе форс пламени попадал на матерчатую гильзу и поджигал метательный заряд. Давление пороховых газов раздувало ведущий поясок снаряда, в результате чего тот входил в нарезы. После этого газы могли провести снаряд в направлении дула. Диск-обтюратор гильзы разрушался и вылетал через сопло вместе с частью газов. Начальная скорость снаряда достигала 525 м/с. Струя газов из сопла компенсировала отдачу, однако не позволяла приближаться к орудию во время стрельбы.

На полигоне и в войсках

Опытные ПТР / ДРП Л.В. Курчевского были изготовлены к середине 1932 г., и вскоре прошли все необходимые испытания. По результатам полигонных и войсковых испытаний более удачным посчитали ружье «большой мощности». Оно отличалось лучшей баллистикой и немного большей пробиваемостью. В начале 1933 г. появился приказ о принятии ПТР на вооружение и запуске серийного производства.

В ходе испытаний ПТР «К» пробивало 25 мм брони на дистанции 500 м. Такие характеристики посчитали достаточными для эффективной борьбы с современными легкими и средними танками. Также не исключалось успешное применение против тяжелых танков – предлагалось атаковать ходовую часть или уязвимые элементы конструкции.

Производство нового вооружения поручили ленинградским заводам №7 (ныне «Арсенал») и «Большевик» (ныне «Обуховский завод»), а также подмосковному заводу №8 им. М.И. Калинина. За несколько лет было изготовлено всего около сотни серийных ружей Курчевского. Они распределялись между разными частями РККА и использовались на ротном уровне. Вскоре после начала внедрения из строевых частей начали поступать рекламации.

Читать еще:  Обзор пассажирского самолета airbus a340

Бойцы жаловались на сложность применения и ненадежность конструкции. В частности, регулярно ломался механизм подачи снарядов. Не исключался риск двойного заряжания, грозивший повреждением орудия и травмами расчета. Гильзы из нитроткани имели склонность к прорыву, а при выстреле не всегда сгорали полностью, забивая ствол. Немало проблем доставляла реактивная струя из сопла, представлявшая опасность для людей и демаскировавшая огневую позицию.

Тем не менее, эксплуатация первого отечественного серийного противотанкового ружья продолжалась. Ситуация изменилась только в 1937 г. – после ареста наркома обороны М.Н. Тухачевского и других военачальников. В ноябре состоялись новые испытания, показавшие реальные возможности серийного ПТР «К» / «14-К».

Два подобных изделия выполнили 80 выстрелов по танку Т-26 с расстояния 100 м. Произошло 11 осечек. Одно из ПТР / ДРП вышло из строя из-за перекоса выстрела при перезаряжании. Несколько десятков выстрелов не привели к желаемому результату. 37-мм снаряды оставляли вмятины на броне танка, но не смогли ее пробить. Для ДРП «К» заявлялась пробиваемость на уровне 25 мм на дистанции 500 м, но оно не смогло одолеть даже 15 мм со 100 м.

За этими испытаниями последовали очевидные выводы. Противотанковые ружья Л.В. Курчевского признали бесполезными и вредящими перевооружению РККА. Их следовало снять с вооружения. Вероятно, уже начатое следствие по делу о вредительстве учло результаты ноябрьских стрельб.

Результаты проекта

Первое советское противотанковое ружье, дошедшее до принятия на вооружение, оказалось откровенно неудачным. Оно имело все те же проблемы и недостатки, что и другие системы Л.В. Курчевского. Таким образом, РККА смогла получить легкое противотанковое средство, но оно было недостаточно надежным, а кроме того, слишком быстро устарело. Вследствие этого в конце тридцатых почти все ПТР / ДРП «К» / «14-К» были списаны и утилизированы. Сохранились лишь единицы, ставшие музейными экспонатами.

В 1938 г. проект «К» был доработан с учетом имеющегося опыта. Завод №8 внедрил в конструкцию полноценный клиновой затвор и унитарный 37-мм выстрел с металлической гильзой. Такое ПТР имело некоторые преимущества перед исходной конструкцией, но не заинтересовало армию. Работы по безоткатным системам остановились, а в сфере противотанковых ружей на первый план вышли образцы традиционной конструкции.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Оружие победителей в Музее артиллерии. Противотанковое ружьё ПТРС К. Г. Матузова

Форейнеры развлекаются с ПТРД-41

Оружие победы (Часть 18)

Противотанковое однозарядное ружьё образца 1941 года системы Дегтярёва (ПТРД), Противотанковое самозарядное ружьё обр. 1941 г. системы Симонова (ПТРС) — советские противотанковые ружья, принятые на вооружение РККА 29 августа 1941 года.

После начала Великой Отечественной войны выявила неверность суждения, распространенного среди руководства РККА, о том, что ПТР являются устаревшим и неактуальным видом вооружения. Срочно понадобилось противотанковое ружье, способное поражать легко и средне бронированную технику противника. 8 июля 1941 года Главный военный совет рассмотрел предложение о вторичном принятии на вооружение 14,5-мм противотанкового ружья Рукавишникова образца 1939 года (не зарекомендовавшего себя, и снятого в 1940 году с вооружения). Предложение было отклонено, и ПТР так и не было запущено в производство из-за сложностей запуска в серию, конструктивных недоработок, и ошибочной оценки некоторыми военными и политическими руководителями возможностей фашистской Германии.

Как вспоминал много лет спустя бывший нарком вооружения Б. Ванников: «С первых дней войны мы убедились, какая непростительная ошибка была совершена. Немецко-фашистские армии наступали с самой разнообразной и далеко не первоклассной техникой, включая трофейные французские танки и устаревшие немецкие танки Т-1 и Т-11». Но даже в такой ситуации ПТР Рукавишникова, всё же, не было принято на вооружение-слишком сложным (а значит дорогим) оно было в производстве и эксплуатации.

Однако, проблему надо было решать. Временной мерой стало принятие на вооружение ПТР Шолохова-модернизации старого немецкого ПТР «Mauser T-Gewehr». Но это было именно временной мерой, полностью решить проблему пехотного противотанкового вооружения это не могло. Поэтому уже в июле 1941 года, правительство поручило спроектировать противотанковые ружья двум виднейшим оружейникам — В.А. Дегтяреву и С.Г. Симонову. Обязательными требованиями к ружью были простота, дешевизна и надёжность.

Разработка велась под 14,5 мм патрон, к тому времени уже хорошо отработанный. Кроме того 16 июля 1941 года 14,5-мм патрон с бронебойно-зажигательной пулей со стальным каленым сердечником был принят на вооружение РККА под обозначением «14,5-мм патрон Б-32», а 15 августа 1941 – патрон с бронебойно-зажигательной пулей с твёрдосплавным металлокерамическим сердечником, под наименованием «14,5-мм патрон с пулей БС-41». Рабочие проекты В. А. Дегтярёв и С. Г. Симонов завершили одновременно (через 22 дня). Опытные стрельбы показали, что ПТР вполне работоспособны и пригодны к использованию в войсках. 29 августа 1941 года противотанковые ружья В.А. Дегтярёва и С.Г. Симонова были приняты на вооружение Красной Армии.

Ружьё было очень технологичным в производстве, практически полностью могло быть изготовлено на токарных станках, поэтому массовый выпуск ПТРД был освоен раньше, чем серийное производство ПТРС, имевшего более сложную конструкцию. ПТРД можно назвать четверть-автоматическим оружием. Дело в том, что открывание затвора и выбрасывание гильзы у него происходят автоматически, а вставление патрона и закрывание затвора осуществляются вручную. ПТРС было самозарядным и имело пачечное заряжание (магазин на 5 патронов, ружьё комплектовалось шестью пачками). Автоматика ПТРС работала по принципу отвода части пороховых газов из ствола и была в целом аналогична таковой у АВС-36.

Обслуживались ПТР расчётом из двух человек. Второй боец помогал перезаряжать ружье, искал цели и корректировал огонь. Так же второй боец помогал переносить ружье на поле боя и, как правило, имел оружие прикрытия: ППШ или винтовку Мосина.

С введением в войска ПТР значительно повысилась огневая мощь пехотных соединений, обладавших до этого, из противотанковых средств, только гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Теперь пехота могла дать отпор моторизированным частям врага, при этом пехотные части были очень мобильны. Враг зная о наличии противотанковых ружей должен был менять тактику и значительно замедлял скорость своих атак. Немецкие военные специалисты отмечали, что 14,5-мм ПТР доставили значительные неприятности не только для лёгкой бронетехники вермахта, но и для танков — для защиты ходовой части от выстрелов из ПТР на борта немецких танков и САУ пришлось навешивать дополнительные бронеплиты. Широко распространенное ныне мнение, что с появлением у немцев толстобронных танков сделало противотанковые ружья бесполезными — неверно. Во-первых, легкие танки не исчезли вдруг, но продолжали еще весьма долго воевать. Кроме того у любого танка есть свои слабые места, будь то башенное орудие или смотровая щель. Ну и конечно помимо танков для ПТР была масса целей: ДОТы, пулеметные точки, бронеавтомобили, низколетящая авиация. К примеру, стрелок-бронебойщик 284-й стрелковой дивизии РККА Дмитрий Шумаков, в ходе Сталинградской битвы прошедший обучение на снайпера, составил схемы стрельбы из ПТР по самолётам, которые стали использовать сначала остальные бронебойщики 284-й стрелковой дивизии, а затем другие части.

Читать еще:  Подствольный гранатомет Хеклер Кох АГ36

После окончания Великой Отечественной войны, ПТР были сняты с вооружения РККА, но оставались на хранении. Ими снабжались армии дружественных стран. Они применялись во множестве локальных конфликтов как на постсоветском пространстве так и во всём мире. Кроме того, в 50-х-60-х годах ПТР активно пользовались для охоты на китов.

ПТРД И ПТРС пользовались популярностью и среди немецких солдат, активно использовавших трофейные образцы. Там они получали наименования Panzerbüchse 783 (R) – ПТРД и Panzerbüchse 784 (R) или PzB 784 (R) — ПТРС.

Противотанковое ружьё Симонова – лучшее в своём классе

Идея крупнокалиберного ручного оружия для поражения защищённых целей появилась задолго до первых танков. Достаточно вспомнить крепостные ружья 19 века. Но к концу столетия они вышли из употребления и забылись. Для возрождения старой идеи понадобилось встретиться с совершенно новым видом оружия – танками.

Первым противотанковым средством пехоты стала увеличенная до огромных размеров винтовка Маузера, использовавшая патроны калибра 13.2 мм. Она и установила стандарт для подобного вооружения. А одним из лучших образцов в этой области стало разработанное всего за месяц противотанковое ружьё Симонова – ПТРС-41.

История

В первые годы межвоенного периода ПТР считались «вынужденной мерой», к которой придётся прибегать только при отсутствии адекватного оружия. А наиболее подходящими для борьбы с бронетехникой представлялись крупнокалиберные пулемёты. Однако опыт гражданской войны в Испании показал, что требуемой для оружия переднего края мобильностью и скрытностью обладают именно ПТР. И в 30-е годы интерес к противотанковым ружьям возрос.

В СССР уже созданный патрон калибра 12,7 мм сочли недостаточно мощным – это привело к появлению боеприпаса калибра 14,5 мм. А в 1939 году начались испытания ружья системы Рукавишникова. Оружие оказалось капризным, ненадёжным и сложным в производстве. Но окончательно его похоронила позиция Наркомата обороны, считавшего, что танки вероятного противника будут иметь противоснарядное бронирование и ПТР станут бесполезными.

После нападения на Советский Союз нацистских войск выяснилось, что основная масса танков «панцерваффе» имеет броню не толще 30 мм.

Возможность заполнить нишу недорогого массового противотанкового оружия с помощью ПТР стала очевидной и работы сразу же возобновились. Помимо доработки ружья Рукавишникова велось создание и новых образцов под руководством конструкторов Дегтярёва и Симонова.

Василий Дегтярёв сконструировал простую и надёжную однозарядную винтовку с автоматическим выбросом гильзы (за счёт использования отдачи ствола). Конструкция Сергея Симонова была сложнее – винтовка была самозарядной, с магазинным питанием. Уже в августе 1941 года оба ружья – ПТРД и ПТРС рекомендовали поставить на вооружение. Ружье Рукавишникова сочли всё ещё недоработанным и слишком сложным, поэтому работы по нему прекратились.

Конструкция

ПТРС-41 было полуавтоматическим, работавшим за счёт отвода из ствола пороховых газов. Для обеспечения надёжной работы в любых условиях количество газов можно было регулировать. Ствол запирался перекосом затвора. Для снижения отдачи ружьё имело дульный тормоз, а на приклад устанавливался резиновый затыльник.

Магазин встроенный, неотъёмный с откидывающейся крышкой – он заряжался пачкой на пять патронов.

Открытый секторный прицел мог регулироваться для стрельбы на дальности до 1500 м. Для удобства транспортировки ПТРС разбиралось на две части.

Основным боеприпасом считался патрон с бронебойно-зажигательной пулей Б-32. Патроны с пулями БС-41, имевшими сердечник из карбида вольфрама, выдавались расчётам в ограниченном количестве. Их предписывалось применять только для стрельбы по танкам.

Из-за сложности конструкции ружьё Симонова осваивалось в производстве медленнее, чем ПТРД. За оставшиеся месяцы 1941 года выпустили всего несколько десятков ПТРС, хотя количество выпущенных ружей Дегтярёва уже измерялось тысячами. Впоследствии объёмы выпуска возросли, но общее число произведённых экземпляров ПТРС уступает количеству ПТРД примерно вдвое.

Применение

В войсках ПТР появились поздней осенью 1941 года. Поскольку ранее подобное оружие не применялось, тактику использования противотанковых ружей пришлось в прямом смысле писать кровью.

Уже зимой 1941 года в составе стрелковых полков РККА появились специализированные роты бронебойщиков.

Стали принимать меры по обеспечению их взаимодействия с противотанковой артиллерией и прикрытия пехотой.

Расчёты ПТР размещали позиции в естественных укрытиях или в замаскированных окопах, обычно с таким расчётом, чтобы атаковать танки в борт или корму. В таких случаях шанс вывести танк из строя был высок, поразив двигатель или топливные баки. Конечно, от стрелка при этом требовались не только высокая меткость, но и знание компоновки вражеских танков.

С 1942 года в немецких войсках увеличилось количество танков с усиленной бронезащитой. Поразить их в лоб ПТР не могли, а для пробития борта необходимо было открывать огонь уже не с 200-300, а со 100-150 метров. У появившихся в 1943 году танков «Пантера» для противотанковых ружей уязвима был только нижняя часть борта, почти закрытая катками ходовой части. Поздние модификации танков Pz.IV для защиты от огня бронебойщиков оснащались навесными экранами.

Таким образом, ко второй половине войны роль ПТР, как противотанкового средства, сильно снизилась. Но ружья продолжали использоваться.

В противотанковых частях они могли применяться как вспомогательное оружие, кроме того – ружья были по-прежнему эффективны в борьбе с лёгкими бронемашинами и небронированной техникой.

Обстреливали из ПТРС и защищённые огневые точки. Даже поздние танки при удачном стечении обстоятельств можно было подбить – например, если танк, преодолевая препятствие, «подставлял» стрелку днище.

Немцы, не брезговавшие трофейным оружием, официально приняли захваченные ПТРС на вооружение, присвоив им название PzB 784(r). После войны ПТРС сняли с вооружения, но оставили на хранении. А позже их начали поставлять «дружественным режимам».

В качестве «винтовки для борьбы с материальной частью» ПТРС впервые использовали в Корейской войне. Эпизодическое применение старого оружия продолжается до сих пор – некоторые фотографии из Сирии запечатлели ПТРС с оптическим прицелом.

Читать еще:  Трактор-карабин или карабин-трактор?

Технические характеристики и сравнение с аналогами

Существовавшие противотанковые ружья можно в принципе разделить на три группы. К первой относятся, например, немецкие и чехословацкие образцы. Они использовали патроны, состоящие из бронебойной пули нормального калибра в непропорционально большой гильзе. «Тяжёлые» ружья, вроде финских (L-39) и швейцарских (S-18), фактически являлись пушками калибра 20 мм (некоторые даже могли вести автоматический огонь). Советские ружья ПТРД и ПТРС занимали некую промежуточную позицию.

Ствол длинный, жизнь короткая: противотанковые ружья против армады вермахта

Крупнокалиберные противотанковые ружья начали в массовом порядке выпускаться в СССР в начале войны, во многом чтобы остановить панику, связанную с так называемой «танкобоязнью». Телеканал «Звезда» в рамках проекта «Фронтовые легенды» рассказывает о противотанковых ружьях Симонова и Дегтярева.

Увечье, удушье, смерть

«Танкобоязнь» — разговорный военный термин, который появился еще во время Первой мировой войны, когда «несокрушимая» немецкая пехота бежала при массовом применении Британией танков под Камбре. Ремарк в романе «На Западном фронте без перемен» так описывал это состояние:

«Танки, бывшие когда-то предметом насмешек, стали теперь грозным оружием. Надвигаясь длинной цепью, закованные в броню, они кажутся нам самым наглядным воплощением ужасов войны. Орудий, обрушивающих на нас ураганный огонь, мы не видим, стрелковые цепи атакующего нас противника состоят из таких же людей, как мы, а эти танки страшны тем, что они — машины, их гусеницы бегут по замкнутому кругу, бесконечные, как война. Они — подлинные орудия уничтожения, эти бесчувственные чудовища, которые ныряют в воронки и снова вылезают из них, не зная преград, армада ревущих, изрыгающих дым броненосцев, неуязвимые, подминающие под себя мертвых и раненых стальные звери. Увидев их, услыхав тяжелую поступь этих исполинов, мы съеживаемся в комок и чувствуем, как тонка наша кожа, как наши руки превращаются в соломинки, а наши гранаты — в спички. Снаряды, облака газов и танковые дивизионы — увечье, удушье, смерть».

Июньский ужас

В 1941 году положение было намного серьезнее, и не только потому, что техника шагнула далеко вперед. У Германии было до четырех тысяч танков, местами полное превосходство в воздухе, и советским солдатам приходилось бороться с ними при помощи бутылок с зажигательной смесью и гранат.
А уничтожить бронетехнику с их помощью крайне сложно.

Танки безнаказанно «утюжили» окопы, превращая людей в груды фарша. Специально для устрашения были созданы огнеметные танки, которые могли выбрасывать столб пламени на 50 с лишним метров, выжигая ДОТы, укрепления. Они имели малую эффективность, но наводили ужас на пехоту.

Артиллерийских орудий не хватало, к тому же они были маломобильными, их было сложно переместить в нужную точку в стремительно меняющейся обстановке. Пехоте было необходимо средство, способное остановить танковую атаку немецкой армады и дать солдатам уверенность в том, что они не беззащитны перед ней.

Пуля против брони

Существует несколько мнений о том, почему у Красной армии к началу войны не было противотанковых ружей. Легендарный нарком вооружения СССР Борис Ванников в своих воспоминаниях писал, что ПТР не получили до начала Второй мировой войны должного признания не только в СССР, но и в других странах. При этом конструкторы стремились прежде всего получить соответствующий пулемет. Однако сделать такое оружие переносным не представлялось возможным.

«Оружейники пришли к заключению, что по мере увеличения брони танков пробивная способность крупнокалиберных пулеметов уже не может считаться достаточной Тогда усмотрели дальнейшее развитие противотанковых средств в переходе от стрелкового оружия к малокалиберной артиллерии. Получалось, что пуля в состязании с броней уступила», — писал Ванников.

На деле ситуация оказалось иной. В 1941 году около 30% немецких танков составляли танки Pz.I, Pz.II, Pz-35(t) и Pz.38(t), у которых толщина лобовой брони не превышала 35 мм. Более мощные Pz.III, Pz.IV, у которых лобовая броня в 1941 году была толщиной 50-60 мм, все же могли быть поражены в борт, поскольку толщина бортовой брони у них также не превышала 30 мм.

В условиях массированного наступления немецких бронетанковых и механизированных частей у красноармейцев не хватало артиллерийских орудий, а кроме того, они были менее мобильными. Возникла острая необходимость в возобновлении выпуска противотанковых ружей.

Двадцать дней на разработку

По приказу Сталина в июле 1941 года за 22 дня были созданы два типа противотанковых ружей: ПТРД (противотанковое ружье Дегтярева) и ПТРС (противотанковое ружье Симонова).

По расчетам, они могли пробить броню на расстоянии километра, но на деле к бронетехнике нужно было подойти на 100-300 метров, потому что просто так попасть в нее было мало. Нужно было поразить бензобак, смотровые щели, двигатель. Чаще всего расчет ПТР не выводил из строя танк, но мог помешать ему выполнить боевое задание, убив механика-водителя или командира.

При этом ружье не имело никакого «щитка», и расчет был беззащитен перед огнем противника. Воевавший с ПТР во время войны Иван Горбунов так вспоминал эти атаки:

«Из ПТР-то как стрелять приходилось? Высунешься из окопа, быстренько прицелишься, пульнешь, бросаешь ружье — и на дно, пока тебя танкист из пулемета дождичком осыпает или снайпер вжикает. Потом высунешься, опять быстренько пульнешь — и снова на дно, если еще живой. Героики тебе маловато? Вот и говорю, что не героика в войну преобладала. До героики ли, когда твоя маковка всем ветрам открыта, а у тебя на ней только каска, толку с которой что с козла молока?»

Ствол длинный, жизнь короткая

И тем не менее армада немецких танков все же была остановлена, а из этих ружей умудрялись сбивать даже низколетящие самолеты. Но и потери были катастрофическими: вполне типичной была ситуация, когда после танковой атаки от бронебойной роты не оставалось и следа.

Сами солдаты свои ружья называли «удочками», а в войсках про них говорили:

«Дуло длинное, жизнь короткая!»

После появления на Восточном фронте тяжелых танков роль противотанковых ружей стала снижаться. Но их не сняли с вооружения. Рота ПТР-щиков могла эффективно бороться с ДОТами противника, укрепленными точками, с легкой бронетехникой.

И «бронебойщики» дошли со своими «удочками» до самого Берлина.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector